Автор: Виктор Б (---.verona01.nj.comcast.net)
Дата: 16-06-03 02:29
Извините за повторы, ведь никто не напечатал. Мнение Фоменко тоже знаю, ищу серьезное возражение ему. Мое мнение - его критерий (принятый им показатель) мало убеждает.
Т А Й Н А Ш О Л О Х О В А
Начиная статью о М. А. Шолохове, я намеревался систематизировать все доступные мне материалы, показывающие, что он не мог быть автором «Тихого Дона». На окончательное решение проблемы я не претендовал, но шолоховское авторство отвергал и хотел убедить в этом читателя. Забегая вперед, скажу главное – я изменил свою точку зрения.
В том, что в феномене Шолохова скрыта некая загадка, согласны, кажется, все, и пока не видно, что она скоро разрешится. Самое удивительное, пожалуй, состоит в том, что этот тайный узел затянут почти на глазах нашего старшего поколения, и наверняка сейчас живы люди, которые знают, в чем все дело, но они молчат. Почему? Чью честь они берегут? Советской литературы? России? Михаила Александровича?
Много писали о «подлинных авторах» романа «Тихий Дон». Среди них чаще других упоминается Федор Крюков, также писатель казачьей темы, но никаких серьезных доказательств этому утверждению нет.
Помимо слухов и сенсационных статей (среди них: у Шолохова был полусумасшедший литературный раб), относящихся к разделу «желтой прессы», есть и серьезные исследования разоблачительного направления о «Тихом Доне» и других книгах Шолохова. Одна из них, «Загадки и тайны «Тихого Дона», издана в Самаре. Это сборник статей А Солженицына, И. Медведевой-Томашевской, З. Бар-Селлы, А. и С. Макаровых. Общая направленность работ – Шолохов не является автором романа в общепринятом смысле этого слова. Он использовал неизвестную исследователям рукопись неизвестного Автора (будем его так называть), неизвестного же происхождения, скорее всего уничтоженную Шолоховым. Протограф романа имел четко белогвардейский характер. Рукопись не была окончательно подготовлена к печати, и какая ее часть составляет шолоховский, т.е. окончательный вариант «Тихого Дона», можно только предполагать, но примерно - половину.
В чем же была роль Шолохова (а может быть и его помощников)? Он переработал имеющийся материал, смягчил его антисоветскую направленность, закончил роман сделал его удовлетворяющим официозным требованиям. При этом написанное Шолоховым не идет ни в какое сравнение с первоначальной рукописью, не говоря о внесенных им многочисленных ошибках, о незнании им реалий жизни казаков, их языка и психологии. Перерабатывая материал, Шолохов многие места просто не понял или неправильно прочел. Есть случаи повторного включения исходных фрагментов.
Обвинение суровое. Аргументы не взяты из воздуха. Вся система доказательств основана на анализе текста романа. Это сильная сторона подхода к проблеме, но одновременно и слабая. Так можно анализировать художественное произведение, если о его авторе ничего неизвестно. Например, когда это касается «Слова о полку Игореве». Для решения же «Шолоховского вопроса» необходимо привлекать также факты биографии писателя, сколь бы неполными они являются, и общую политическую обстановку в советской стране, где ему суждено было жить.
Хотя обстоятельства, по которым возникло сомнение в авторстве Шолохова, хорошо известны, коротко назовем их.
Крайняя молодость писателя, когда он приступил к работе над романом.
Совершенно недостаточное общее образование, отсутствие следов работы в библиотеках, архивах.
Высокая скорость писания первых двух книг «Тихого Дона» и 1-й части «Поднятой целины», после войны – резкое количественное и качественное падение литературной продукции.
Странная судьба черновиков и рукописей «Тихого Дона», включая материалы, переданные в редакции.
Лично Шолохову ставятся в вину его одиозная общественная позиция и почти полное неучастие в литературной жизни страны. Названные исследователи провели колоссальную работу по изучению «Тихого Дона». О выводах сказано выше, приведем некоторые интересные примеры их наблюдений. Одновременно приведем возражения.
В романе есть места, которые невозможно назвать художественной прозой. Это какие-то статистические справки, военные донесения, административные перечни и т.п. Читателю все это не нужно, он их пропускает. Для исследователей эти отрывки дают хорошую возможность поймать Шолохова на ошибках и найти использованные им материалы – Автора или мемуаристов, советских и белогвардейских.
Но разве «нехудожественные отрывки» даны для того, чтобы по ним изучали историю Гражданской войны или Донского войска? Они включены в художественную ткань повествования, чтобы создать атмосферу эпохи, эффект достоверности, усилить доверие к автору. Отклонения от исторических фактов можно найти у Пушкина, Льва и Алексея Толстых. Такие куски текстов не требуют проверки на соответствие документам архивов. Можно упрекать Шолохова в потере чувства меры, но проблему плагиата это никак не решает.
Это же относится к повторам, запутанному повествованию и другим композиционным недочетам. Все это говорит только об уровне писательского мастерства. Вот два небольших фрагмента из 3-й части романа, разделенные 30 страницами (Томашевская считает их принадлежащими Автору):
«Фронт еще не улегся многоверстной неподатливой гадюкой»
«От Балтики смертельным жгутом растягивался фронт»
Пусть читатель судит сам, много ли в этих фразах общего ( по Бар-Селле – «поразительная лексическая близость). А Макаровы заявляют, что это - повторы Шолохова и что взяты они из других источников. Версия Бар-Селлы другая – второй отрывок является заготовкой Автора, «плохим конспектом» первого, а Шолохов ничего не понял, все перепутал и включил в текст романа оба куска.
А в чем вообще криминал? Самоповторы, возврат к сказанному ранее - известный в литературной практике прием усиления, и называется он «рондо».
Совершенно неуместны хронологические изыскания возраста Григория Мелехова по данным «последней турецкой войны». Опять параллель с Пушкиным: как у «старушки» Лариной могли быть такие юные дочери?
Скрупулезные изыскания «антишолоховистов» (употребим этот неологизм, т.к. слово «авторы» мы решили применять в более узком смысле) читать очень занимательно. Но их предвзятость, а иногда и раздражение, выпирают почти на каждой странице. Пример. Шолохов упомянул город Столыпин, под которым произошла примечательная встреча Григория с мужем Аксиньи Степаном Астаховым. Сколько ошибок найдено в этом эпизоде! И город назывался не так: Сталюпенен (так, мол, написано у Автора, а Шолохов и прочесть правильно не смог) и находится он в Восточной Пруссии, а наши герои воевали в Галиции, и описание военных действий искажено, и время и даже погода.
О том, следует ли художественное произведение проверять военными донесениями, календарем, а также метеорологическими сводками (т.е. гармонию – алгеброй) говорено много раз. Что же касается трансформации названия немецкого города, то скорее можно говорить об удаче Шолохова, который и в авторской речи часто приближался к казацкому говору. Столыпин – хорошо знакомое для русского человека имя. Так слышит его ухо незнакомое иноземное слово (вспомним персонажей Лескова: Лейпциг – Липецк). Эстетическая глухота антишолоховистов - налицо.
Странное непонимание задач художественной литературы проявляют специалисты по «Тихому Дону», много раз подчеркивая невозможность участия братьев Мелеховых и их однополчан в боях почти на всех фронтах мировой войны – от Балтики до Трансильвании. Этой неправдоподобной стороне романа посвящено едва ли не четверть книги. Однако, такой прием создает у читателя впечатление масштабности эпического повествования, дает более широкую панораму войны.
Гораздо важнее замечания к неоднозначности обрисовки важных персонажей: большевиков Штокмана, Бунчука, Мишки Кошевого. В целом их образ претерпевает изменения от негативной характеристики к положительной, им даже приданы черты героизма. Вот каким является Кошевой в начале романа, малодушный, изворотливый. К тому же – жестокий, самоуверенный.
«У него (Кошевого) дрожала челюсть, растеряно бегали глаза», «…стал униженно просить», «Крутишь хвостом, как гад!» (реплика в его адрес).
Расстрелять человека Мишке ничего не стоит.
А в конце романа Кошевой – важное лицо в хуторе Татарском, он обрисован уже более мягкими красками, выглядит заметно привлекательнее.
Правильно ли антишолоховисты отметили противоречия характеристики Кошевого? Конечно. Как и главного героя - Григория Мелехова в его отношению к белому офицерству, да и самого этого офицерства в целом. Но дело здесь не в пресловутой первоначальной рукописи, а в том, что Шолохов жил в советские времена и подвергал себя самоцензуре, как и все советские писатели, если они хотели видеть свое произведение напечатанным. Что говорить о Шолохове (или, скажем, Фадееве), если цензоры правили Маяковского и Есенина после их смерти и даже Чайковского! Изменение писательской манеры, которую тоже отметили
Постараемся взять проблему шире и поговорим вначале о жизненном пути писателя. Если мы просмотрим хотя бы выборочно книги, статьи, энциклопедические справки о Шолохове, вышедшие «до перестройки», то немедленно заметим противоречия. Не даны годы жизни родителей, один раз сказано, что Шолохов был единственным сыном у матери, другой раз - младшим, восьмым. Где родился, учился, с кем общался - ничего понять нельзя. Сам Шолохов не только избегал говорить о своей семье, но резко обрывал тех, кто спрашивал его об этом. Относилось это и к творческой истории его произведений. Появилось недоверие ко всему, что касалось писателя.
Но это было прежде. После смерти Шолохова журналист Г.Я.Сивоволов собрал, сколько мог, материалы о нем и написал книгу «Михаил Шолохов. Страницы биографии». При этом открылись такие обстоятельства, которые делают объяснимым молчание Шолохова. Он так хотел и имел на это право. Однако, если бы его полная биография была написана при жизни, тодобавилось бы много аргументов в пользу его авторства «Тихого Дона», потому что некоторые сюжетные линии романа взяты из его собственной жизни. Это обычный прием многих писателей.
Все ближайшие предки Шолохова жили в разных станицах и хуторах земли Войска
Донского, но были они не казаками, а «иногородними». Мать писателя Анастасия
Даниловна Черникова (1871-1942) рано потеряла отца. Она была украинка, но была у
нее и татарская кровь. Вспомним, что бабкой героя «Тихого Дона» Григория Мелехова
была турчанка, жил он в хуторе Татарском. Имя Аксиньи, также из «Тихого Дона», близко
по звучанию с именем матери Шолохова. В молодые годы Настя Черникова служила
горничной в доме помещицы Поповой и забеременела от ее сына. Опять параллель:
вынужденная связь Аксиньи с молодым Листницким. Помещица прикрыла грех сына, выдав
Анастасию за старого казака по фамилии Кузнецов. Анастасия родила дочь, которая прожила
недолго. Точно, как дочь Аксиньи от Григория, а не от мужа Степана.
В 1912 г. старый казак Кузнецов умер, и через год родители будущего писателя обвенчались. Документ о венчании известен. Александр Михайлович усыновил своего ребенка, Шолохов стал Шолоховым. Думаю, нельзя упрекать писателя
за то, что он не хотел, чтобы тяжелая семейная история стала известной` миру. Особенно, если против этого была его мать. А вынужденная скрытность Шолохова стала причиной
его сложного характера. Отсюда же и путаница в «анкетных данных» писателя.
В 1915 г. у Миши Шолохова обнаружили заболевание глаз, и его повезли лечиться в Москву, в глазную лечебницу. В Москве он закончил первый класс гимназии. Примечательная подробность из жизни Григория Мелехова - как раз в том же
году по воле писателя он лечился после ранения в такой же больнице. Я не помню ни одного литературного героя и его автора с таким уникальным
совпадением. Далее Шолохов учился в гимназии города Бугучарова.
Сивоволов выяснил, что его первые литературные опыты относятся к 1920 году. Это были пьески для местных любителей-актеров. Легендой оказалась служба Шолохова комиссаром в продотряде, в действительности он работал несколько недель в 1921 г. налоговым инспектором. Шолохов в те годы часто менял место жительства.
С 1922 г. по 1926 г. Шолохов - в Москве. Этот период его жизни - в полном тумане. Неясно, где жил, чем занимался. В эти годы Шолохов продолжал литературные
труды. Первые публикации, три фельетона появились в комсомольской газете в сентябре 1923 - апреле 1924 г. Шолохов часто бывает на Дону, где его ждет невеста, Мария Петровна Громославская (1902-1992). В начале 1924 г. они поженились.
В конце 1925 г. в Москве вышел сборник Шолохова «Донские рассказы». Даже беглое знакомство с этими рассказами ясно показывает их преемственность со «зрелым Шолоховым». Важно подчеркнуть, что трудно было ожидать от 19-20 летнего писателя такую острую наблюдательность, «густой язык»,
трагичность сюжетов.
В 1926 г. писатель окончательно возвращается на Дон. Еще одна странность. Все
писатели стремятся в столицу, а Шолохов – вон из Москвы. Считается, что с этого
времени началась работа над «Тихим Доном».
Где разгадка всех этих противоречий?
Среди людей близких к Шолохову был его тесть Петр Громославский. Они прожили под одной крышей все годы после женитьбы Шолохова. Роль Громославского в создании его лучших произведений практически не исследована. Можно называть его соавтором, литературным секретарем, домашним редактором - это не суть важно. Данных о Громославском очень мало. Некоторst подробности дает американский литературовед профессор Герман Ермолаев в своей книге «Михаил Шолохов и его мастерство» (Принстон, 1982).
Петр Громославский назван в ней казачьим офицером из богатой и известной на Дону семьи, атаманом станицы Бухановской. Во время Гражданской войны воевал на стороне красных. Сомнительно, что это полная правда. Для того, чтобы все годы братоубийственной войны сражаться против «своих», нужно было по крайней мере бежать от них, т.е. покинуть Дон. А нейтральных казаков не может быть по определению. Ничего не сказано об образовании Громославского, о его участии в 1-й мировой войне. Но вряд ли можно сомневаться, что он повоевал против немцев или
австрийцев. Как офицер, Громославский наверняка имел неплохое общее и военное образование. А его «книжная» фамилия приводит к мысли, что в его семье были литературные интересы. Такая фамилия более присуща представителям духовного сословия. Был Громославский, кстати, и церковным старостой. Солженицын называет его литератором из окружения упомянутого Ф. Крюкова Вот практически все, что мы знаем o Громославском. Очень мало.
Очень слабо показал себя Шолохов во время войны. Он получил звание полковника, находился на разных фронтах. За 4 года в советской печати появились четыре его статьи и три - за рубежом. Сравните с публицистической активностью
Эренбурга и Алексея Толстого. Правда, появились в газетах отрывки из нового романа «Они сражались за родину», но и его творческая история основательно скрыта.
Где разгадка всех этих противоречий?
Однако вернемся к началу 20-х годов.
После женитьбы и короткого пребывания в Москве молодые Шолоховы отправляются в родные места. Все писатели стремятся в Москву, а Шолохов - вон из Москвы. В
Бухановской, в 1925 г. в доме тестя, даже в его кабинете, написаны первые страницы
«Тихого Дона». Можно ли сомневаться, что Громославский сидел рядом...
Но это не все. Ермолаев пишет, что «ранние рассказы» тоже написаны Шолоховым на Дону и оттуда посланы в Москву. Не потому ли так мало следов Шолохова в Москве, что он там
бывал наездами, чтобы потолкаться в редакциях?
Первые две книги «Тихого Дона» были напечатаны в 1928 году в журнале «Октябрь». Роман оценили немедленно и очень высоко. Скорость писания небывалая. Но и разговоры о плагиате не утихали. Горький придерживался противоположного мнения, хотя сам роман он оценил высоко, но с оговорками. Горький и Шолохов избегали встречаться друг с другом. Не потому ли, что у родоначальника «социалистического реализма» были
сомнения в отношении будущего нобелевского лауреата? Самая примечательная их встреча состоялась в 1931 г. в особняке Горького , но по приглашению Сталина, который тоже присутствовал. Горький во время разговора был немногословен. Говорили не только о литературных делах, но и о положении крестьянства. Горький не упомянул Шолохова в своем докладе на 1-м съезде советских писателей в 1934 г.
Шолохов относился к Горькому также не с большим почтением. Уже в конце 50-х гг., отвечая американским литераторам, посетившим его в Москве, кого из молодых советских писателей он считает самым талантливым, Шолохов сказал: «Я не выдаю паспортов на бессмертие, как это любил делать Горький».
Если Горький был уверен в своих подозрениях, то он скорее всего рассказал о них Сталину. Но Сталина никогда не интересовала правда, ему было важно иметь компромат на человека, тогда он находился у него в руках. Особенно, если припугнуть его вниманием НКВД. Да, Шолохову тоже «шили дело» в 1937-38 гг.
После быстро написанных двух книг «Тихого Дона» наступила задержка. Историки литературы нашли этому много объяснений. Например, поручением Сталина написать роман о коллективизации. Но никто не связал трудности Шолохова с арестом Громославского в 1930 г.(по словам самого Шолохова – за неуплату сельхозналога. Американец Ермолаев пишет, что Шолохов ездил в Сибирь хлопотать за тестя. Но мы-то знаем, что эти дела решаются в Москве. Следовательно, поездка в Сибирь была связана с необходимостью встретиться с Громославским, поработать над рукописью. Громославский был освобожден в 1932 г.
Сивоволов сообщает интересную подробность из семейной жизни Шолохова - у него с тестем были плохие отношения. Задумаемся - от кого эта информация? Только от жены
писателя. Остальные члены семьи ушли в мир иной или были малы для таких наблюдений. Думается, что она это сделала для того, чтобы отвести исследователей от всякой мысли о помощи отца ее мужу. Наверняка сам Сивоволов в разговоре с Марией
Петровной не задавал такие вопросы.
Умер Громославский в 1939 г. Именно в тот год был закончен «Тихий Дон».
Шолохов не написал после войны ни одной публицистической статьи, но иногда выступал на различных «форумах». Всегда с «правильных» позиций. Вспомним его речи
в период антикосмополитической кампании, против Пастернака, Синявского, Даниэля.
Много писали о смелых письмах Шолохова Сталину в начале 30-х гг. о трагическом положении в донских деревнях. Это делает честь писателю. Об их содержании и тоне можно судить хотя бы по таким фразам: «Тов. Сталин! В колхозах целого ряда районов сложилось столь угрожающее положение, что я считаю необходимым обратиться прямо к Вам». «Сейчас умирают от голода и колхозники и единоличники. Взрослые и дети питаются всем, чем человеку не положено питаться, начиная с падали кончая дубовой корой». Сталин ответил писателю, некоторые меры к «перегибщикам» были приняты. Такова была тактика вождя. Но общую стратегию - закабалить крестьянство, Сталин не поменял.
Иван Стаднюк в своей книге воспоминаний «Исповедь сталиниста» рассказал о посещении в 1955 г. Шолохова в Вешенской. Стаднюк - писатель военно-патриотической темы, из круга Сафронова, Грибачева, Бубенного. Шолохов для него - выше идеала. Но его рассказ ставит нас в недоумение.
Шолохов упорно настаивал на встрече не в Вешенской, а в Ростове, в гостинице. Стаднюк по уважительной причине - переезд в новую квартиру, нарушил договоренность и приехал в
станицу, поставив в «трудное положение Михаила Александровича». Литературного разговора не было, гостя пригласили к столу, проще говоря, начали спаивать. Затем
пели народные песни. В доме находился мрачный мужчина из Москвы, без обиняков сказавший Стаднюку, чтобы тот поскорее убирался. Цель поездки - получить для журнала «Советский воин» отрывок из романа «Они сражались за родину», не была достигнута, т.к. супруга возражала (!). Полное впечатление, что Шолохов не был самостоятелен в своих поступках. Изолированность Шолохова усугублялась еще тем, что станица Вешенская расположена далеко от железной дороги. Упорный Стаднюк добирался туда почтовым самолетом, т.к. из-за распутицы и автобусы не ходили.
Хоть Шолохов был грубоват, но вместе с тем отзывчив, щедр, как говорится, человек «широкой души». Когда он отмечал свой очередной юбилей в ресторане ростовской гостиницы, то пригласил на банкет всех (!) ее жильцов (сообщение знакомого
киевлянина, побывавшего на нем во время командировки).
Опубликованные в последние годы материалы показывают, что общественное лицо Шолохова отнюдь не столь одиозно, как считала ранее «либеральная» интеллигенция. Он – противоречивая и трагическая фигура России. Есть основания считать Шолохова скрытым противником советскому режиму.
|
|
